Тина Кузнецова: «Во мне нет штампов массовой культуры»

О группе Zventa Sventana, наделавшей шуму в середине нулевых, не было слышно больше десяти лет. За это время Тина Кузнецова — вокалистка и основательница проекта, смешивающего русский фольклор с джазом и танцевальной электроникой, — ярко выступила во втором сезоне телешоу «Голос», где дошла до финала, выпустила поп-хит «Ваня», поучаствовала в ряде мультижанровых проектов и вышла замуж за другого участника группы — известного музыканта и продюсера Юрия Усачева (бывшего участника «Гостей из будущего»). Вторая солистка Алена Романова вошла в состав «ДДТ» и основала собственный коллектив Alena, переключившийся на громкий этно-рок. В этом году группа Zventa Sventana (правда, уже без Романовой) неожиданно для многих вернулась на сцену со вторым альбомом «Мужа дома нету», которым вновь убедительно доказывает, что русская фолк-песня вполне может быть уместна и в клубах. Клип на заглавный трек, исполненный с Иваном Дорном, уже набрал больше миллиона просмотров, и недавно вышедшее видео «Сухотушка» также стремительно набирает популярность. Александр Нурабаев поговорил с Тиной Кузнецовой о возвращении Zventa Sventana, корневой народной музыке и детстве без телевизора.

— Я прочитал в одном интервью, что у тебя в детстве не было телевизора, потому что родители считали его злом. В наше время вполне распространенная ситуация, но крайне нетипичная для 80-х и 90-х. Что заменяло тебе в детстве телевизор?

— Книги с репродукциями мировой живописи, вообще богатая библиотека моих родителей. Но до определенного возраста я не любила читать. Источником вдохновения и развлечения для меня служили советские радиопостановки сказок — считаю это богатством нашего культурного фонда. С самого детства я прониклась к классике благодаря «Золушке» Прокофьева, «Лебединому озеру» Чайковского, «Сказке о царе Берендее» с музыкой Стравинского и многому другому. Для меня это были целые миры.

Так же обстояло с живописью: я подолгу рассматривала альбомы с произведениями Средневековья, Ренессанса, барокко… Помню, особенное впечатление на меня произвел Босх с его работой «Сад земных наслаждений». Был даже такой опыт: у нас висело изображение скульптуры Зевса, и папа сказал мне, что, если долго смотреть в одну точку, Зевс оживет. Подобные штуки он проделывал и с моей старшей сестрой, но только там была фотография Будды, так что с детства у нас были медитативные практики (смеется).

— Ты не завидовала одноклассникам, что у них есть возможность смотреть мультики или популярные фильмы?

— Я ходила к соседям на «Спокойной ночи, малыши». Потом родители взяли телевизор напрокат, и мы смотрели детские фильмы. На самом деле, был период, когда я, как и все дети, хотела транслировать вкус основной массы — особенно в эпоху 90-х. Кстати, только сегодня мы обсуждали с коллегой «эффект сериалов» — сейчас выходят ремейки на «Беверли-Хиллз, 90210». Но в моей семье это было моветоном, да и меня поражало, когда я видела семью, собравшуюся для просмотра «Рабыни Изауры», в то время как мой папа вечерами читал вслух, к примеру, Данте. Таким образом, во мне нет штампов массовой культуры. Не знаю, хорошо это или плохо.

— А сына своего ты в таком же ключе воспитываешь? Прививаешь любовь к прекрасному и ограничиваешь в просмотре телевизора или пользовании гаджетами?

— Конечно, ограничиваю, насколько это возможно. Но свое он тоже не упустит (смеется). В целом его окружает правильная музыка. И классика, и авангард. Приходится и Шнитке, и Рамо слушать.

— Лет пять назад ты очень ярко и эффектно появилась в телевизоре. Я имею в виду проект «Голос», который оказался очень значимым для твоей карьеры. А что родители тебе на это сказали?

— Родители порадовались и, конечно же, переживали за меня. Хотя не уверена (смеется). Они как никто верят в меня. Порой даже больше, чем я сама. В проекте мне удалось остаться верной себе, за что я благодарна Пелагее и всему руководству Первого канала. Я разнообразила эфир, при этом без сделок с совестью.

© Zventa Sventana

— Тина, ты очень разноплановый артист и можешь петь практически в любом жанре: джаз, рок, эстраду, поп-электронику. А вот когда и как ты увлеклась русским фолком? Что этому способствовало?

— Это происходило постепенно: во мне протекали сложные процессы. В силу того, что в музыкальных стилях мне поддается многое, я искала именно то, что будет больше всего увлекать и развивать меня. Нравилось многое, но ничто не задевало достаточно глубоко, чтобы нырнуть туда с головой. Этими поисками я была озадачена уже с 14 лет. И волею судеб я переехала в Москву. Года через два, освоившись на месте, я часто посещала клуб «Дом», где слушала экспериментальную музыку и участвовала в интереснейших перформансах культовых Владимира Чекасина, Алексея Круглова и многих других.

И вот однажды на фольклорном фестивале в том же клубе «Дом» меня по-настоящему «вставило». Народное пение взбудоражило все мои душевные рецепторы. Я решила поставить эксперимент — оживить пребывающий в забвении русский фольклор. Мне безумно хотелось поделиться этим со всем миром. Рассказать, насколько это невероятный пласт, насколько это полезно с терапевтической точки зрения. Ведь во всех народах музыка сопровождала человека повсеместно. На любую жизненную ситуацию была своя песня, и вместе с ней был ответ на эту самую ситуацию. Когда я начала петь сама и прикоснулась к традиции глубже, я испытала глубинное удовольствие, граничащее с трансом. И без этих состояний я уже не могу жить.

Так фольклор произвел неизгладимое впечатление, которое стало для меня ориентиром в поисках себя. Народная традиция — это сама жизнь во всех ее красках, единение с природой, ее стихиями и, конечно же, твои отношения с миром, космосом, Богом.

— Насколько я понимаю, это произошло в середине нулевых. Году в 2004—2005-м?

— Это был 2005 год. Я долго не думала и просто начала ездить по архивным фонотекам. Так я быстро встретила Алену Романову, и, заручившись поддержкой Юрия Усачева, мы все вместе приступили к эксперименту. В результате родился первый альбом Zventa Sventana «Страдания». Его запись заняла год: идея зародилась в 2005-м, и уже в 2006-м мы презентовали релиз.

Слушайте Страдания — ZVENTA SVENTANA на Яндекс.Музыке

— А второй альбом вышел аж через 13 лет. Чем вызвана такая огромная пауза?

— Происходило много событий, которые в дальнейшем повлияли на выход второго альбома. Например, мы ощущали, что опередили время с первой пластинкой, и ничего не продвигалось: концертов было немного. Тогда мне стало интересно попробовать себя в новом амплуа. Так я приняла участие в шоу «Голос» и дошла до его финала. Благодаря конкурсу я поняла, что не хочу заниматься популярной музыкой. Народные песни оказались для меня гораздо важнее. К счастью, именно они продвинули меня в эфире Первого канала. В частности, я исполнила «Стороною дождь» с альбома «Страдания». Так что некоторые люди знают репертуар Zventa Sventana, в частности, благодаря проекту «Голос».

— Я знаю, что материал для первого альбома собирался в ходе экспедиций — вы с Аленой ездили по деревням и поселкам Центральной России. А как собирали материал для нового альбома?

— Мы ездили в экспедиции не чтобы собрать материал, а чтобы пообщаться с носителями традиционной культуры. Лишь одна песня, найденная в ходе поездки, вошла в первый альбом. В основном я работаю с «Золотым фондом». Это корпус песен, которые были собраны фольклористами в период с конца XIX века по конец 70-х. Весь материал фонда записан в ходе экспедиций именно от носителей традиционной культуры, то есть от стариков, которые выросли в деревне, впитали народную песню еще в детстве и пронесли ее через всю жизнь. Сейчас подобные экспедиции мало возможны: стариков почти не осталось. Если ты приедешь в деревню, то уже не услышишь ансамблевого пения. Это редчайший случай.

Слушайте Мужа дома нету — ZVENTA SVENTANA на Яндекс.Музыке

— Расскажи, пожалуйста, про заглавный трек «Мужа дома нету». Что это за песня, из каких она краев и как ты ее открыла для себя?

— Это произведение из Воронежской области, село Россошки. Изначально она — свадебная плясовая, но ее определение — «корильная» (то есть не делай так, как поется в песне). «Мужа дома нету» шуточная, с юмором, вместе с тем нравоучительная. По тексту понятно, как разворачиваются события, — такие вещи не могли поощряться укладом деревенской жизни, но они существовали и предупреждали об опасностях. В фольклорных текстах всегда было больше свободы, нежели в рамках, установленных традициями. И так песни раскрывали то, что люди не могли себе позволить в жизни, но о чем хотелось поговорить и над чем посмеяться. То есть это была уникальная возможность обсудить все издержки блудных экспериментов.

Кстати, в советское время фольклористы чаще не записывали от исполнителей концовки песен, если они носили пикантный характер, — несмотря на то что там есть фабула и общий смысл песни может оказаться совсем иным. Об этих причинах и следствиях очень интересно пишут Л. Олсон и С. Адоньева в книге «Традиция, трансгрессия, компромисс. Миры русской деревенской женщины».

— Как возникла и реализовалась идея дуэта с Иваном Дорном?

— Я написала трепетное письмо Ване. До этого я не была знакома с ним лично, а только восхищалась и радовалась каждой новой работе, так как считаю его самым авангардным, крутым и смелым музыкантом. Ответ последовал стремительно, и, когда Ваня приехал в Москву, мы записали песню. Все прошло легко и органично в силу того, что мы — очень близкие по духу люди. Привнесенные им изменения откликнулись во мне не сразу, но со временем я по достоинству оценила его видение. Через полгода после записи мы сняли клип, и он мощно выстрелил.

— Я недавно разговаривал с твоей близкой подругой Гаей Арутюнян, и она с энтузиазмом рассказывала о следующей затее: пользуясь положением резидента фестиваля Sziget, она собиралась привезти тебя на фестиваль и заодно организовать совместное выступление с Иваном во время его сета. Поделись впечатлениями, как это было.

— Гая Арутюнян многократно выступала со своей группой «Дети Пикассо» на фестивале Sziget. И как резидент этого события она имеет огромный опыт, а также понимание того, куда должна была попасть Zventa Sventana. Я очень благодарна ей за то, что мое выступление с Иваном Дорном на Sziget произошло и имело такой большой успех.

Чем ценна народная песня — сюжеты, которые она раскрывает, актуальны всегда.

— Думаешь, когда-нибудь Zventa Sventana выступит на фестивале с полноценным сетом?

— Думаю, однажды это непременно случится. Мы готовы расширять музыкальные представления не только в нашей стране, но и во всем мире. Zventa Sventana — это самобытный проект, и ровно такая музыка сейчас активно завоевывает мир. В эпоху глобализации и однотипного контента люди все больше тянутся к чему-то аутентичному. А что может быть более аутентичным, чем корневая музыка различных народов? Это наши музыкальные истоки, у которых нет референсов.

— Недавно вышел клип на песню «Сухотушка». Расскажи, пожалуйста, и об этой песне. Чем она тебя зацепила?

— «Сухотушка» впечатлила меня фатальностью и драмой. Это песня о многогранности внутреннего мира женщины. В ней много слоев и разных позиций. Одна из них — это позиция «ню-корыстной жены» — то есть корыстолюбивой, «независтной» — то есть такой, чьему характеру не позавидуешь…

Вообще в песне три линии, три персонажа, которые раскрывают женскую сущность в разных ипостасях. Сюжет можно применить как к нескольким женщинам, так и к одной. Чем ценна народная песня — сюжеты, которые она раскрывает, актуальны всегда.

— Был ли или будет ли тур Zventa Sventana по городам России? Интересно, как в регионах принимают такой материал.

— То, что делает Zventa Sventana, не вполне укладывается в рамки стандартного шоу-бизнеса. Поэтому ждать от промоутеров на периферии, что они нас позовут в тур, в какой-то мере бессмысленно. Нам приходится все делать самим. Поэтому, очевидно, в 2020 году мы сами организуем себе тур по России и странам ближнего зарубежья (чем мы уже и занимаемся).

— Мы уже говорили о том, что проект Zventa Sventana — единственный в своем роде и непонятно, кого рядом с вами поставить. Но вы, конечно, не единственные, кто работает с русской народной песней и скрещивает ее с более современными жанрами. Понятно, что это абсолютно «нишевая» музыка, широкому слушателю неизвестная. Но, может, ты могла бы кого-нибудь назвать своими соратниками и единомышленниками в плане популяризации русского фолка?

— Если честно, я не особо наблюдаю за коллегами и редко хожу на концерты в силу насыщенного графика и необходимости быть наедине с собой. Я стараюсь концентрироваться на своих делах. Априори симпатичны проекты, которые работают с традиционной песней. Безусловно, это Сергей Старостин, ансамбль «Сирин», Инна Желанная, Алена Романова, «Узорика», «ДахаБраха», а также выходцы из «Мастерской» Ивана Дорна YUKO.

— Тогда последний вопрос: следующего альбома Zventa Sventana тоже придется ждать лет десять?

— Следующий альбом выйдет в марте 2020 года. Изначально мы планировали выпустить большой релиз из 13 песен, но потом решили разбить материал на два EP. Иначе информативно альбом получался слишком насыщенным. Пластинка «Мужа дома нету» включает всего шесть песен, но этого достаточно, чтобы материал плавно проник в сердца слушателей. В последние месяцы меня все чаще и чаще спрашивают, когда ждать следующего альбома. А это значит, что слушатель созрел, и мы с особой радостью будем готовить и презентовать новый EP.

Источник: colta.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Вы должны быть авторизованы, чтобы разместить комментарий.